Публикации

14
февраля '12

Закодированный Intel

ComNews. Алексей Таболкин, президент группы компаний «Ангстрем»

В январе подкомиссия по таможенно-тарифному и нетарифному регулированию правительства РФ поддержала предложение корпорации Intel о выделении отдельных кодов ТН ВЭД и установлении нулевых ставок на ввоз микропроцессоров, произведенных по технологии 32 нм.

Нельзя сказать, что это предложение Intel стало новостью: корпорация говорила о нем весь год. Но вот само принятие положительного решения оказалось для рынка полной неожиданностью: ранее Минпромторг уже давал по ходатайству Intel отрицательное заключение. Ведомство ссылалось на то, что это ущемит права российских производителей микроэлектроники и создаст конкурентные преимущества импортной электронно-компонентной базы. Каковы же причины столь резкого поворота российских чиновников лицом к иностранному производителю?

Корпорация Intel, разумеется, приветствовала положительное решение, заявив через своего представителя, что «обнуление пошлин не повлияет на стоимость производства ПК в России», а все иностранные инвесторы теперь просто ринутся размещать свое производство в России... Но поможет ли это решение отечественной микроэлектронной промышленности и аппаратной сборке электроники? Полагаю, что нет.

С учетом того, что с 2007 года все «монолитные интегральные микросхемы» ввозятся в Россию беспошлинно, стремление Intel «обнулить» уже давно «нулевые» пошлины выглядело изначально очень странно. Ответ нашелся в кодах ТН ВЭД, по которым в своем ходатайстве Intel просил утвердить нулевые пошлины. Дело в том, что коды, предлагавшиеся Intel`ом (8542 31 9009 и 8542 31 1000), относятся не к классу «система на кристалле» (System-on-a-Chip), к которому у российской таможни, как правило, нет вопросов (это монолитная и цифровая интегральная схема, которая пользуется нулевой таможенной пошлиной), а к классу «система в корпусе» (System-in-Package). И между этими классами есть огромная разница, прекрасно понятная специалисту.

«Система на кристалле» всегда будет монолитной микросхемой, а «система в корпусе» — это «гибридная» микросхема или комбинация нескольких активных электронных компонентов различной функциональности, собранная в единый модуль. «Система в корпусе» создается не столько полупроводниковым производством (как в случае с монолитной «системой на кристалле»), сколько сборкой — комбинацией различных компонентов, производимых по различным топологическим нормам. И вот под эту классификацию подпадает огромный спектр устройств различного назначения с широким функционалом — не только микропроцессоры и специализированные микропроцессоры. Например, устройство, в котором процессор будет сделан по технологии 32 нм, а остальные элементы — память или дискретные компоненты — по субмикронным и микронным нормам. И вот на эти компоненты, в соответствии с решением правительства, теперь будет тоже установлена нулевая пошлина, так как они фактически входят в состав «системы в корпусе».

И так — с любым устройством, которое включает в себя микросхему 32 нм: микросборка, электронная плата и даже какой-нибудь электронный гаджет или пользовательское устройство. Теперь любое российское сборочное производство, которое покупает монолитные процессоры Intel для сборки, попадает в заведомо невыгодные условия, так как Intel может беспошлинно ввезти любую плату. Как это скажется на российских сборочных предприятиях, думаю, объяснять не надо.

Может, это решение направлено на стимулирование российской микроэлектронной отрасли? Тоже нет. Комплекс мер, стимулирующих национальную микроэлектронную промышленность и компенсирующих локальным производителям снятие таможенных барьеров при вступлении в ВТО, давно известен и реализован в Германии, США, Тайване, Сингапуре, Корее, Китае и ряде других стран. Он включает в себя снижение налогов, установление льготных тарифов на энергоносители, субсидирование модернизации производства, создания рабочих мест и обучения, льготное кредитование и предоставление госгарантий по кредитам.

В принятом решении видится положительное влияние лишь на зарубежных производителей чипов, поскольку оно не стимулирует развитие российской микроэлектроники, не удешевляет конечную продукцию для российского потребителя, не развивает российскую аппаратную сборку и лишь снижает налоговые поступления в бюджет.

Что получила российская экономика и национальная микроэлектронная промышленность в обмен на повышение продаж и увеличение доходов корпорации Intel? Похоже, что ничего. А что если через год или два российские инженеры разработают аналогичный процессор — сможет ли тогда государство защитить от давления иностранных конкурентов или же все эффективные рычаги уже утеряны?

Источник